Поиск по блогу

Подписка на блог

Получать новые посты по e-mail

Последняя статья

ПАВЕЛ ГРУЗДОВ: МОЙ ВОЗРАСТ МНОЙ ГОРДИТСЯ


Создатель и владелец российской марки ATB Lab рассказывает об исследовании косметики, которое сделал первым в мире, о том, как жить в удовольствие, и что покупателям нужно от уходовых кремов на самом деле.

 

Мы с вами разговариваем в 9 утра. Что заставляет вас так рано уже быть на ногах в офисе?

Рабочий день в нашей компании начинается с 9 часов. Я и сам ранний человек – ложусь и встаю рано, поэтому для меня это не составляет труда.

 

Ощущение бодрости по утрам – это вопрос режима или можно придать себе свежести какими-то подручными средствами, в том числе косметическими?

Во-первых, обязателен полноценный сон. Во-вторых, я уверен, что есть люди, у которых от природы  больше энергии, а есть такие, у которых ее меньше. У меня ее много, поэтому мне легче чувствовать себя бодрым. Косметическими средствами однозначно можно улучшить свое состояние. Но режим – это первое дело. Раньше, когда нужно было строить карьеру, с ним было сложнее. Сейчас легче. Я придерживаюсь своего режима, например, встаю в 6 утра без будильника, сам готовлю себе завтрак. У меня есть свои ежедневные ритуалы.

 

Режим и ритуалы – это результат тренировки, привычка. Расскажите про косметику, которая может помочь тем, у кого таких привычек нет.

Есть множество средств, которые могут, например, быстро убрать с утра отечность и улучшить цвет лица. В линейке ATB Lab нет продуктов, которые дают сумасшедший мгновенный эффект. А вот у другого нашего бренда Meder Beauty Science есть сыворотка и эмульсия для умывания. Они содержат ниацинамид (никотиновую кислоту) – активную форму витамина В3. При нанесении на кожу он усиливает кровообращение и убирает отечность. Поэтому в косметике существуют немногие средства, которые дают эффект сразу. С их помощью можно мгновенно влиять на кровообращение, так, например, продукты с кофеином быстро убирают припухлости под глазами.

 

Правильно ли я понимаю, что мгновенный эффект больше нужен мужчинам, поскольку женщины и так пользуются косметикой на регулярной основе, а нам важно решить проблему здесь и сейчас?

Я бы не делил косметику на женскую и мужскую, всем нужно пользоваться ею с одинаковой регулярностью. Сильные отличия мужской и женской кожи – по большей части миф. Мужчина должен привыкать ухаживать за собой. Но в нашей стране 90% этого не делают. Конечно, можно иметь про запас пару-тройку таких средств, но это не эффективно, ведь косметика помогает только при постоянном использовании. У взрослого человека эпидермис меняется раз в 62 дня. С ним нужно работать ежедневно, долго и упорно.

 

 

Что вы, как популяризатор косметики, делаете для того, чтобы изменить поведение мужчин, их привычки?

Я работаю своим внешним видом. Мой слоган: «Мой возраст мной гордится». Это и косметика, и режим, и спорт. Я живу осознанно, но без запретов. И я могу воздействовать на свой ближайший круг людей. Обычно мужчины начинают беспокоиться о своем внешнем виде только после сорока лет. Многие мои знакомые, это статусные лица, просят порекомендовать им хорошего косметолога. Но изменение поведения в глобальных масштабах – это сложная задача, растянутая на долгие годы. В российском менталитете нет традиции ухаживать за собой. Хотя сейчас в клиниках уже много клиентов-мужчин.

 

Если говорить про эти 90%, то какой минимум косметики необходим мужчине для повседневной жизни?

Если исключить бритье и волосы, то это средства по уходу за кожей. Важно понимать, что косметика «назначается» по проблеме. В зависимости от типа кожи – жирной, сухой или возрастной, ее состояния. У вас должно быть нормальное, желательно мягкое, средство для умывания. Не нужно пользоваться антибактериальной умывалкой или мылом. Также достаточно хорошего универсального крема для вашего типа кожи. Если нужно решить серьезные проблемы, сходите к косметологу, чтобы он назначил дополнительный уход.

 

ATB Lab не разделяет косметику на женскую и мужскую. Означает ли это, что мужчины могут пользоваться всеми вашими линейками?

В последнее время этот вопрос звучит часто – могут ли девушка с парнем пользоваться одними банками? Конечно, женская и мужская кожи имеют свои особенности, но наша косметика в первую очередь решает проблемы, мы ее для этого и создавали. У нас сейчас пять «проблемных» линий: для жирной и проблемной кожидля чувствительной и склонной к покраснениям кожи, антиэйдж, при гиперпигментации и неровном цвете лица, а также восстановление кожи (которое мы недавно единственные в мире клинически подтвердили) – все это актуально для обоих полов. Поэтому и дизайн наших флаконов нейтральный – это белый лак.

 

Вам, как основателю косметического бренда, больше нравится создание, исследования, тестирования, продажи или рассказывать о своем продукте?

Мне нравятся все этапы. Просто кое-что сложнее дается. Я считаю, что в жизни нужно делать то, что сложнее, так как это возможность скачка. У меня лингвистическое образование, я много лет преподаю, хорошо говорю, провожу тренинги. Ведь сами банки не говорят, о них нужно уметь рассказывать. Это моя сильная сторона. А вот с медицинской стороной у меня сложнее, но это и интереснее. Я сам не создавал свою косметику, но я дал запрос. У конечного потребителя есть свои потребности, и наши российские клиенты отличаются от европейских. Не потому что кожа другая, просто другие привычки. Например, у нас никто не переживает насчет экологичности упаковки, мы еще не доросли до этого. 95% покупателей хотят, чтобы крем просто вкусно пах. Мы учли в нашем производстве запросы российских косметологов и покупателей. А к врачам и косметическим химикам в Швейцарии я не лезу, они делают косметику по нашему запросу.

Важно понимать, что косметика не лечит болезни или старение. Она должна работать снаружи, здесь больше вопрос гигиены. Есть заболевания кожи, а есть ежедневный уход. И если вы не больны, то можете просто скорректировать питание и нормально себя чувствовать без таблеток. Врач знает, как лечить проблему, а задача косметического химика – что и в каких концентрациях смешать.

 

Получается, с помощью косметики можно продлевать себе жизнь?

Конечно. Люди одного возраста могут выглядеть по-разному. У девушек эта разница меньше заметна, у мужчин иначе. В силу своего возраста я мог наблюдать одних и тех же мужчин в 20 и в 50 лет – это совершенно разные люди. Я один раз был на свадьбе у друга и встретил многих своих знакомых, которых не видел 25 лет. Я сразу же побежал к зеркалу смотреть на себя – неужели со мной такая же катастрофа? Иногда дядьки начинают чрезмерно беспокоиться по этому поводу. У меня тоже был такой этап, но сейчас я выдохнул. Я принимаю свой возраст и не стараюсь выглядеть моложе своих лет – это неестественно. Надо выглядеть хорошо на свой возраст. Я в 50 лет никогда не буду выглядеть на 20, да и не хочу этого.

 

 

 

Вы занялись косметикой как раз, потому что это сложнее?

Я искренне считаю, что косметика – это как спорт, режим для кожи, которая позволяет выглядеть лучше. Это правда, я готов ложиться крестом и есть пыль. Я продаю то, что улучшает качество жизни других людей, я делаю доброе дело. Косметика может быть хорошая или плохая, действующая или нет, поэтому мы и сделали собственный бренд и доказали, что наша косметика – рабочая.

 

Каким образом доказали?

Обычно готовый косметический продукт никто не тестирует. И тем более – то, как он работает с кожей. И в прошлом году, чтобы отличаться от других, мы сделали масштабное исследование. 30 человек при помощи семи методов исследования тестировали нашу косметику на протяжении 124 дней. У людей брали биопсию, гомогенизировали, брали клетки разных типов, изучали их, потом люди в течение четырех месяцев пользовались кремами ATB Lab, затем клетки снова были изучены. Результаты исследования показали, что за это время они стали намного качественней. То есть наша косметика положительно влияет на кожу. По одному только параметру цитоиммунограммы кожи мы первые в мире. Лучших может быть много, а первый – один. Никто, кроме нас, больше не проводил таких тестов. Очень приятно быть в чем-то первыми в мире, я как Гагарин, который полетел в космос.

 

Гагарин летал в космос один, а вы говорите «мы». Кто вам помог создать этот бренд?

Мы частный бизнес, и под наше производство брали кредит. Я основал бренд со своим партнером – врачом-косметологом. В этом году я выкупил долю и теперь единственный собственник. Кредит брал не я один, правда, а расплачиваюсь теперь один. Но это я тоже делаю с удовольствием и осознанно.

 

ATB Lab – довольно молодой бренд. Вы относитесь к нему как к стартапу?

Это и есть стартап. У меня три бизнеса – тренинги, дистрибуция и производство косметики. В том, что касается косметики, мы идем своим путем, производим малые партии продукта. В этом есть свои плюсы – можно адаптировать формулу два раза в год, смотреть отклики, что-то добавлять. Вы никогда не поймете, чего не хватает, пока средство не попробует много людей, и не пройдет достаточно времени.

 

Насколько создание косметического бренда сложнее, например, одежного?

Гораздо сложнее. Покупка одежды – эмоциональное решение, надел ее, походил, подумал и снял. С косметикой же ты не знаешь, что произойдет с твоей кожей через какое-то время. Продажа косметики – это продажа надежды. Одежда очень сильно отличается от надежды на счастливое будущее. Что разгладится кожа, исчезнут пятна.

 

Вы, прежде чем начать производство косметики, 5 лет изучали потребителей, какое открытие вас больше всего впечатлило?

Когда люди говорят про крем, они хотят только, чтобы он был комфортным в использовании. Мы думали, что человеку главное – решить проблему. Ничего подобного! Изначально нужно, чтобы продукт был по органолептике – тактильно, по аромату, при нанесении – приятным. Есть несколько известных брендов с ужасно пахнущими кремами. Бывает, что невозможно убрать запах, потому что какой-то компонент так пахнет. И многие люди не готовы к такому. 90% покупателей важно, чтобы крем был приятным, а не решал проблемы.

 

 

 

Как вы контролируете швейцарское производство?

У нас не такие большие объемы. Выбирая производителя, нужно смотреть, есть ли у него свой бренд. У нашего – более 25 лет собственной марке косметики. В Швейцарии люди не будут портить репутацию, производя какой-то брак. Мы в постоянном контакте в электронном виде по Skype, WhatsApp. Это дает возможность всегда решать вопросы быстро. Если нужно обсудить какие-то глобальные проблемы, поговорить о перспективах или что-то еще, то мне быстрее слетать туда, чем ждать, пока все образцы придут по почте. Я не считаю нужным контролировать производство, так как оно сертифицировано по стандарту ISO и находится в немецкой части Швейцарии. Лучше не бывает.

 

Выбор производства был обусловлен тем, что вы жили в Швейцарии много лет? Как вы там оказались и что там делали?

Я в молодости жил в Калуге, и к нам приехала швейцарская делегация. Мы начали общаться, подружились. И я слетал к ним в гости. Там мне нашли работу дистибутором спортивной обуви для трекинга. Я узнал, как устроена работа частной компании, участвовал в разных выставках. По большому счету, для меня это была возможность стажироваться.

 

Чему вы научились у швейцарцев не в профессиональном, а в человеческом плане?

Я научился там всему. У нас здесь была разруха, я вырос во времена дефицита и талонов, а там – артишоки и сто сортов сыра. Я посмотрел, как живет другая нация. Меня многое шокировало. Например, в семье, в которой я жил, было три сына, и один из них, Даниэль, как-то позвонил домой и сказал матери, что сегодня зайдет на обед. «Но я не рассчитывала на него, – пожаловалась она. – Я не закупала продукты!» Я подумал – что за бред, можно же что-то соорудить на скорую руку… Но у них так не принято.

Научился спокойствию, соблюдению правил. Правила – это не про ограничения, а про разрешения. Ты знаешь, что можно, а что нельзя. Так легче жить, я поэтому люблю порядок. Например, я всегда пристегиваюсь в машине, даже в такси. В 97-м я купил в Швейцарии свою первую машину и приехал на ней домой, но это было отдельное приключение.

 

Что за приключение?

Тогда я купил себе Toyota Corolla, я прекрасно ее помню, потом проездил на ней 10 лет. В те годы только бандиты ездили на зарубежных машинах, и тут я, да еще и в своей деревушке в Калуге. Я получил права в 89-м, но до 97-го практически не был за рулем. В Швейцарии я две недели брал частные уроки по вождению и после этого поехал домой. Я боялся, что в Польше меня обязательно ограбят, а я каждый год накупал всем одежду, подарки и таскал это все домой целыми чемоданами. И я поехал через всю Германию, на север в Любек, из него на пароме приплыл в Хельсинки, оттуда – в Питер, а из Питера через Москву приехал в Калугу. Помню, как только я переехал границу Финляндии и России, исчезло все – разметка, знаки. В Питере, уже перепугавшись окончательно, возле Исаакиевского собора я увидел ментов и поехал к ним через всю площадь, чтобы спросить дорогу. На это путешествие я взял себе неделю. Тогда у меня не было мобильного телефона, навигатора. Папа прислал мне по факсу карту, и я ехал по этой бумажке.

 

 

У вас с тех пор любовь к путешествиям?

Она у меня с детства. Мой папа географ, и я родился в поселке Оротукан Магаданской области 20 февраля при -52ᴼС. Папа был в экспедиции, моя мама – из Новосибирска и практиковалась у него. Вот они попрактиковались и родили меня. Мой первый полет был Магадан – Москва с четырьмя пересадками, поскольку прямых рейсов тогда не было, в возрасте двух месяцев. Когда я слышу, как люди говорят, что никогда не летали самолетом, я смотрю на них, как на музейный экспонат. Когда я очень много путешествую, а потом вдруг две недели провожу дома, для меня это отдельный кайф. Вдруг все приходит в норму. Сейчас я старюсь идти к этому, но были времена, когда у меня было по два перелета в неделю.

 

На вашем личном сайте написано: «Путешествую, живу в удовольствие и учусь». Чему учитесь прямо сейчас?

Я читаю за год по 5-6 книг. Люблю книги про работу мозга, самосовершенствование. Учусь жить по-другому, складываю новые нейронные связи. Важно не сколько ты читаешь, а сколько из этого ты делаешь. Последнее, чему я научился в прошлом году – правильно и осознанно питаться. Учусь менять свою жизнь. Учусь у молодых, которым по 30-35 лет, они все быстрые, думают по-другому, я так не умею. Также поддерживаю свой английский на должном уровне. В какой-то момент мне захотелось выправить произношение от американизированного к британскому, поэтому я нашел себе преподавателя англичанина-лингвиста и занимаюсь с ним каждую неделю.

 

Нужно ли вообще после 45-ти думать быстро? Не хочется ли, наконец, побыть гедонистом?

Хочется! Но с учетом моего стартапа все еще нужно быстро крутиться. Была бы у меня возможность, я бы больше спал, гулял, созерцал. Недавно в своем инстаграме запустил челендж – ежедневно ходить на протяжении 30 дней. На 20-й у меня заболели колени… Я забыл о том, что нужно учитывать, что после 50 лет что-то новое нужно делать не больше 20 минут в день, а не садиться на шпагат на первой же тренировке.

 

На своем сайте вы рассказываете про марки одежды, которую носите. Почему вам кажется, что людям важно это знать?

Наверное, это мне важно рассказывать. Я избыточный потребитель. Когда я хожу по магазинам, мне все время хочется что-то купить. Я могу купить себе ботинки за 100 тысяч, но сейчас решил год ничего не покупать. Я хожу к психотерапевту раз в неделю, и мы это прорабатываем. Человеку ведь не нужно 40 пар джинсов, он их просто не сносит. Также и в косметике все хорошо в меру, вам не нужны 20 банок для лица.

 

Это приходит с возрастом?

Конечно, с возрастом и опытом. Я курил 25 лет, много злоупотреблял, но сейчас это уже переносится тяжелее. Если не удержишься и по привычке уйдешь в загул, тогда вываливаешься из жизни на неделю. А недавно был в Швейцарии, выпил пару бокалов вина, и больше не хотелось. К тому же на мне такая ответственность. Я не могу выглядеть плохо, рассказывая людям про красоту.

 

Я обратил внимание, что у вас всегда крутые кроссовки. Сколько их у вас и где берете?

Я люблю обувь. Я ношу много черной одежды, и с ней гармонично смотрится контрастная обувь. У меня есть, но я не очень люблю LV, DG, Prada – это массовый ширпотреб.Мне больше нравятся вещи ручной работы, маленькие бренды. У меня есть Boris Bidjan Saberi, Carol Christian Poell, для повседневной ходьбы могу взять Nike или adidas. Но я не привязан к каким-то брендам. По сути, вещи нас не меняют.

 

 

 

Мы много говорим про возраст. Думаете ли вы о том, как стареть красиво, и нужно ли это вообще делать?

Каждый человек должен поступать так, как ему хочется. Мне нравится мой режим, осознанное потребление, в том числе и косметики. Здесь нет четких правил, как и правил успеха. Главное, что если у вас будут хорошо работать мозги, то и все остальное будет работать лучше. Я знаю много ученых – людей, которые «работают» мозгами. Посмотрите на академиков – у них всех очень осознанный взгляд.

 

Не зря говорят, что творческая деятельность продлевает жизнь и избавляет от проблем с памятью в старости.

Однозначно. Я знаю два языка – английский и немецкий, и еще два чуть-чуть. Человек, который знает хотя бы один иностранный язык, практически гарантированно деменцию не получит – это новые нейронные связи. Три года назад я очень полюбил Бразилию, стал часто там бывать. Сгонял туда на День рождения, на Новый год. И так как там никто не говорит по-английски, и, тем более, по-немецки, я полтора года учил португальский. Но потом Бразилия надоела, и я его забросил. Но в голове что-то осталось, до сих пор могу что-то прочесть.

 

Вы как-то говорили, что собираетесь в Африку. Эта экспедиция случилась?

Планируется на март. Она точно случится, я туда очень хочу. В Африке я еще не был нигде, кроме Египта, но какая это Африка! Но сейчас моя компания в состоянии стартапа, здесь все как в личных отношениях – кризисы 3, 7 и 10 лет.

 

Где будете проводить Новый год? Наверное, на Швейцарские Альпы у вас уже глаза не глядят?

Что вы, я бы только там сидел и глядел! Планировал улететь в Патагонию, но так как я нужен здесь, то отменил поездку. Все уже было оплачено – Буэнос-Айрес, Саньтьяго-де-Чили и вниз в Патагонию – но останусь в Москве.

Материал предоставлен сайтом Behandsome.ru 

 

Индивидуальный подбор ухода«Наши специалисты помогут подобрать средства! »